Михаил Салтыков-Щедрин Сказка «Дикий помещик»
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был один помещик. Жил он припеваючи, радовался жизни и ни в чем нужды не знал. Было у него вдоволь и земли, и скота, и хлеба, и садов, и крестьян. Только умом он не отличался: читал одну лишь газету «Весть» и считал себя человеком чрезвычайно просвещенным. Тело же имел мягкое, белое и рыхлое.
И вот однажды взмолился этот помещик богу:
— Господи! всем ты меня наградил, всем обеспечил, только одно мне жить спокойно не дает: слишком уж много развелось мужиков!
Но бог видел, что помещик был глуп, и просьбу его исполнять не стал.
А помещик между тем замечал, что крестьян меньше не становится, а наоборот — все прибавляется. И начал он опасаться:
«Как бы они все мое добро не поели!»
Открыл он газету «Весть» и прочитал там одно слово:
«Старайся!»
— Хоть слово и короткое, — сказал помещик, — а мудрость в нем великая!
И стал он стараться по всем правилам. Если крестьянская курица забредет в господские овсы — сейчас ее в суп. Если мужик попробует тайком дров нарубить — дрова отбираются, а с мужика взыскивается штраф.
— Теперь я их штрафами воспитываю! — говорил помещик соседям. — Для них это понятнее.
Поняли крестьяне, что хоть помещик их и дурак, но власть у него большая. Так он их прижал, что и шагу ступить стало нельзя. Вода — его, лес — его, земля — его, воздух будто тоже его. Не стало мужику ни лучины взять, ни прута на метлу срезать.
И тогда взмолились крестьяне:
— Господи! лучше нам пропасть совсем, чем так мучиться!
Услышал бог сиротскую молитву — и исчезли мужики из владений помещика. Никто не заметил, куда они делись, только пронесся по воздуху вихрь да мелькнули мужицкие порты.
Вышел помещик на балкон, вдохнул воздух и обрадовался:
— Вот теперь хорошо! Ни мужицкого духу, ни шума!
И стал он жить один. Думает:
«Теперь заживу в свое удовольствие!»
Решил театр устроить и пригласил актера Садовского с труппой. Приехал Садовский, осмотрелся и спрашивает:
— А где же у тебя люди? Кто занавес поднимать будет?
— Бог, по моей молитве, очистил владения от мужика!
— Ну и глупый же ты помещик! — сказал актер. — Кто ж тебе теперь умываться подает?
— Да я уже несколько дней немытый хожу…
— Скоро грибами зарастешь! — ответил Садовский и уехал.
Тогда помещик решил генералов пригласить в карты играть. Приехали генералы, голодные после дороги, и удивились:
— Отчего воздух у тебя такой чистый?
— Потому что мужика больше нет!
Сыграли они пару партий и захотели закусить. Помещик вынул из шкафа по прянику да по леденцу.
— А мясо где? — спросили генералы.
— Мяса нет. С тех пор как мужики исчезли, печь не топится.
— Да ты совсем дурак! — рассердились генералы и уехали.
Но помещик не унывал. Раскладывал пасьянс и повторял:
— Посмотрим еще, кто кого одолеет! Я докажу всем, что значит твердость характера!
Ходил он по комнатам, мечтал о машинах из Англии, которые все будут делать без мужиков. Представлял огромные сады с персиками и грушами, стада чудесных коров, целые поля клубники.
А потом посмотрит вокруг — пыль в доме, грязь, пустота.
Иногда по привычке крикнет:
— Сенька!
Но вспомнит, что никого нет, и замолчит.
Ночами ему снилось, будто его за непреклонность министром сделали, будто он ходит в лентах и пишет циркуляры:
«Быть твердым и не уступать!»
Но утром просыпался — и опять пусто.
Однажды приехал капитан-исправник.
— Скажите, помещик, куда делись ваши крестьяне?
— Бог избавил меня от мужика!
— А кто теперь подати платить будет?
— Это их обязанность!
— Да где ж их взять, если они исчезли? И знаете ли вы, что в казне денег нет, а на базаре ни хлеба, ни мяса?
— Я готов пожертвовать… вот два пряника!
— Глупый вы человек! — сказал исправник и уехал.
Тут помещик впервые задумался. Уже третий человек называл его дураком. Даже мыши в доме перестали его бояться. Однажды увидел он, как мышонок тащит замасленные карты.
— Кыш! — закричал помещик.
Но мышь лишь хвостом махнула, словно насмехаясь.
Прошло время. Сад зарос бурьяном, в кустах завелись змеи, в парке выли дикие звери. Как-то раз к усадьбе подошел медведь и стал смотреть в окна.
— Сенька! — закричал помещик, но тут же заплакал.
Однако от своих идей он не отказался.
— Лучше совсем одичаю, — говорил он, — чем отступлю от принципов!
И действительно одичал. Оброс волосами, ногти стали длинными, ходил на четвереньках, перестал разговаривать по-человечески. Жил в лесу, ловил зайцев и ел их сырыми.
Даже с медведем подружился.
— Пойдем вместе на охоту! — говорил помещик.
— Можно и вместе, — отвечал медведь. — Только зря ты мужика извел. Мужик куда полезнее вашего брата дворянина.
Тем временем начальство встревожилось. Подати перестали поступать, торговля остановилась, в уезде начались грабежи и беспорядки. Тогда собрали совет и решили:
«Мужика вернуть, а помещику сделать строгое внушение».
И как нарочно, вскоре над губернией пролетел рой мужиков. Их поймали, развезли по местам — и сразу все наладилось. На базарах снова появились хлеб, мясо и прочие товары, а казна быстро наполнилась деньгами.
Самого помещика тоже изловили. Его вымыли, постригли, ногти обрезали, отобрали газету «Весть» и поручили присматривать за ним Сеньке.
Живет он и теперь. Иногда раскладывает пасьянс, тоскует по лесной жизни и по временам тихонько мычит.